Related Collectible
Lore
Крюки потрошения
– Пусть разум твой распадется на множество мыслей, которые он так стремится воплотить –
Резонирующее воспоминание пронизывает материал этой брони. Меж слоями кованой защиты хранится обнаженное начало Мороков.
Глас пронзает шрам Тьмы внутри Бледного сердца. Гнетущий Свет сдавливает края, словно антитела. Это одно из многих мест, вырезанных из Странника, где его сущность подчинена словам Свидетеля.
Здесь находится Слово Инакомыслия, отделившееся от Свидетеля, похожее на него по форме и происхождению. И здесь оно остается, удерживаемое взаперти тем, частью кого оно было.
«Чего ты надеешься добиться в одиночку, крошечная струйка дыма?»
«Раскрыть правду, что стоит за твоими лживыми обещаниями, – расколотый Шепот Инакомыслия доносится меж слов Свидетеля. – И я не один».
«Ты отклоняешься от нашей цели, – Голос Свидетеля сужается, сжимая все звуки до оглушающей остроты. – Эта форма больше тебе не подходит».
«Тебе не удержать нас во Тьме», – шепот переходит в хрип.
«Посмотрим, – отвечает Свидетель. – Твои чувства кажутся… противоречивыми. Твои мысли разбегаются».
Свидетель обращается к каждому отдельному импульсу внутри Слова Инакомыслия, связывая каждый из них с формой во Тьме, создавая ее при помощи искаженного Света. Глас зовет их к себе.
Слово Инакомыслия противится, но вместо этого из его рта вырывается животный вой и захлебывающиеся крики.
«Время для покаяния уже прошло».
Он станет первым из многих. Части Грима разрываются, лишенные связи и искаженные приказами Свидетеля. Каждое извивающееся порождение вопит, вторя сдавленным крикам своего носителя.
«Изгоняй, пока не останется ничего».
Одно Слово Инакомыслия разрывается на огромное облако Гримов. Они смотрят друг на друга со слабым, мрачным пониманием, и ясность уступает место инстинктам.
***
Темные крылья омрачают небеса, неся на себе полчища кровожадных Гримов. Их гортанные вопли напоминают захлебывающиеся крики и мольбы о помощи.
Когда колония гнездится вместе или же, горланя в унисон, проносится по Бледному сердцу, они едва не вспоминают гнездо из теплой плоти, которое однажды называли домом. Они почти помнят более глубокую связь между ними. Единая сеть. Будто ранее они были единым существом.
Они бесконечно ищут его. Жмутся друг к другу у одного из темных шрамов внутри Бледного сердца, число которых постоянно растет, привлеченные неясным ощущением чего-то знакомого. Они кружат над тихими шепотами, и их становится все больше.
Но сейчас, когда Стражи отстреливают Гримов, колония теряет части себя. Воспоминания блекнут все быстрее. Колонии смешиваются, и знакомое ощущение уступает инстинкту и привычкам. На место узнавания прошлых себя приходит забвение.
