Related Collectible
Lore
Плащ «Верность наследию»
«Как я могу допускать свойственные людям ошибки, если я уже не человек?» – Хари-5
– Вы знаете, почему мы здесь?
– Конечно. Вы пригласили меня побеседовать… О нет, спасибо, чая не надо. Я не пью.
– Вы понимаете, почему…
– Почему вас это интересует? Конечно. После пробуждения мне многое удалось узнать. Вы из «Культа грядущей войны». Странное название для группы, которая занимается довольно разумными предосторожностями.
– Да…
– И поэтому ваш интерес к моему делу, должно быть, связан с «разумными предосторожностями» Культа. Я полагаю, что из таких, как я, собирались сделать суперсолдат для войны, о которой уже никто ничего не знает. А сейчас мы живем как обычные люди во вселенной, которая воюет сама с собой. Хотя мне кажется, что мы, экзо, возможно, бессмертны. Странно, правда?
– Почти весь наш разговор – странный.
– Я говорю не про нас. Вся вселенная участвует в войне, если на нас нападают пришельцы всех мастей, а у нас есть люди, специально созданные для того, чтобы стать суперсолдатами. И тем не менее мы, экзо, живем, как нам вздумается.
– Продолжайте.
– Возьмем, к примеру, меня. Я исследователь, ученый, и – если судить по тому, что про меня пишут – чертовски хороший. И после пробуждения мне казалось совершенно естественным и дальше заниматься исследованиями. Суперсолдат? Скорее, суперученый. Я даже не знаю, какую часть оружия нужно наводить на врага. Но здесь, в моей лаборатории, мне стоит лишь прикоснуться к технике или посмотреть на нее, и я уже знаю, как ею пользоваться. Это словно… словно…
– Словно ездить на велосипеде.
– На чем?
– Не важно. Расскажите мне еще о том, что произошло после вашего пробуждения.
– Ну… Внезапно я понимаю, что я здесь, в моей лаборатории, но почему-то лежу на полу – вон там. Я смотрю по сторонам, и… внезапно понимаю, как все работает. Но я ничего не помню.
– Вообще ничего? Даже собственное имя не помните?
– Ничего. Ну, язык, моторные навыки и тому подобное, естественно, остались. Но это было невероятно странное ощущение. Его можно описать разве что термином «дежа вю». Все было знакомым и чужим одновременно, даже мое собственное тело. Это… пугало. Но затем мне удалось найти файлы с исследованиями. И мне стало ясно, что они мои. Я читаю их и чувствую, что это мои мысли, хотя и не помню, когда или даже почему мне захотелось их записать. Но они точно мои. Именно так мне удалось найти мое прежнее имя.
– Давайте поговорим о вашем прежнем имени. Почему вы изменили число?
– Это… это не было… это не… Возникла необходимость в новом обозначении.
– Вы в порядке?
– Да, все нормально, а что?
– С вами что-то произошло. Ваш взгляд застыл.
– Ну, извините. Я не понимаю, о чем вы говорите. Значит, у вас есть теория?
– Даже несколько. Что вы исследовали до того, как… до того как изменили свое имя?
– У меня был один совместный проект – с Гонсалесом и Мванги. Восхитительные люди. Вы их знаете?
– Немного. Так насчет ваших исследований…
– Ну да. Подробностями я утомлять вас не буду, но мы изучаем темную материю и темную энергию. Похоже, именно эта тема интересует меня больше всего. Мое пробуждение произошло в тот момент, когда шло исследование…
– Да?
– Ну, в общем… ошибок.
– Ошибок?
– В собранных нами данных имеются странные… аномалии. Лично мне кажется, что они связаны с ошибками, с человеческим фактором. Но я хочу изучить все свои предыдущие результаты и выяснить, не упускаю ли я чего-нибудь.
– И как? Уже нашли что-нибудь?
– Нет. Но эта работа, по крайней мере, оказала на меня терапевтический эффект. Выяснилось, что я чертовски хороший ученый.
– …
– М-м… Знаете, это странно, но, похоже, что меня мучает жажда. Не нальете мне чаю?
