Related Collectible
Lore
Лик потрошения
– Нож в руке и жестокость в сердце: предложение услышано, но отвергнуто –
Резонирующее воспоминание пронизывает материал этой брони. Меж слоями кованой защиты хранится обнаженное начало Мороков.
В толще воспоминаний и опыта внутри Бледного сердца захороненные некогда моменты жизни вновь раскрываются под Светом Странника, отпечатанные на останках Мороков, что цепляются за ускользающую форму. Воплощение знания, увиденное глазами врага, в поисках спасения.
***
Бледное сердце открыто, и мерцающий разрыв наполняет цветом небо вокруг, постепенно скрываясь под вздымающейся миазмой сознания. Свидетель изучает свою цель, ее близость, ее неизвестность.
Здесь, внутри Странника, есть пространство для невообразимой формы. Потенциал. Необработанный, неограненный алмаз, который держит мертвой хваткой тот, кто не знает вины, кто сеет одну лишь безответственность. Свидетель отберет этот потенциал у Садовника, отвергнув изобилие и взявшись за клинок. Клинок, который вырежет Свет из угнетателя, если тот откажется следовать логике.
«Мы одни», – Он опускается на землю, и в тот же миг вызывающе пустая поверхность Бледного сердца искажается, меняя собственную форму во всех направлениях от Свидетеля. Из плоских, бесцветных полян вырастают горы, и пелена тумана застилает потемневшую почву.
«Мы пришли забрать то, что ты скрывал от нас. От всего живого. Но нам не обязательно вырывать это силой. Возьми на себя ответственность. Передай свой Свет на исполнение истинной цели. Положи конец нашим страданиям».
Свидетель останавливается в ожидании ответа и внимательно прислушивается к мягкой тишине.
Капли конденсата || Я протекаю за границами жизни и всего живого. || закатываются в трещины под ногами Свидетеля.
«Сопротивление? Значит, клинок, – Он бьет ладонью по земле под собой. – Спасение кроется в подношении твоей плоти. Мы видим его форму во Тьме, но лишь твой Свет сможет воплотить ее в реальность. Если ты отказываешься принести жертву добровольно, благородно, то мы вырежем из тебя нужный нам Свет».
Почва трескается и обрушивается в зияющую пропасть огромной пещеры. «Бежать некуда. Садовник ухаживает за садом. Ответь за ужасы, которые посеял. Отдай Свет финальной форме по доброй воле, или мы вырежем его из тебя».
Узнавание касается щеки Свидетеля, || Дети мои. В мире есть куда больше, чем это. || мягко, словно приглашая Его к объятиям.
Но Он отстраняется, рассекая сладкий воздух ребрами множества ладоней. «Это место перевернуто с ног на голову, – Он обращает пустоты в кисты, – основания лежат на основаниях».
Боль, похожая на ветер, || которым я придал форму – моя работа, выставленная на всеобщее обозрение || разрушает формы, создаваемые касанием Свидетеля, и на мгновение останавливает Его.
Свидетель взмахивает пальцами словно лезвиями, делая разрез за разрезом, вырезая пустоты в плоти Странника. Работа идет медленно. Неторопливо. Тяжело.
Он удерживает окружение на месте и надавливает на края, чувствуя терпеливое отрицание Странника. «Ты был не готов, когда сорвал нас с места. Вот почему ты ушел. Вот почему боишься собственных изменений сейчас. Но там, где ты сеешь перемены и бросаешь их на волю хаоса, мы исправляем твою ошибку. Это цель, которую Мы поставили перед собой. Разве это не прекрасно?»
В шраме Странника || (КРИЧИТ) || не слышно ни единого звука.
